Мое счастье сделает маму несчастной
Я слышала множество истории детей, чьи наклонности и желания отличаются от родительских. И уже взрослым "детям" приходится отказываться от своей жизни, чтобы не приносить страдания родителям.

— Вы бы видели мою маму! Ей 60 лет, а она до сих пор очень энергична, позитивна, множество планов и контактов. Она всегда говорила, что работает так много, что имени своего не помнит, выходя с работы. И сестра такая же. Ее всегда в пример мне ставили. Она училась на отлично, с красным дипломом закончила университет, работает в престижной компании. А мне нравится творчество, оформление праздников, свадеб... Но страшно маме сказать об этом. Она считает меня тупой и собственной неудачей.
Современный мир поражен вирусом рациональности. Все что упорядоченно, логично, объяснимо и ясно — хорошо. А туманное, проявляющееся полунамеками, чувственное, взрывное и страстное — неправильно и должно быть подавлено волей. «Этим нельзя заработать!» Вот главный посыл современной нравственности. Рисуешь? Оставь эту глупость, иди учить уроки!
И здесь три линии размышлений пробегают в моей голове. А мышление это то, что нельзя сделать или не сделать, как пишет Мераб Мамардашвили. Человек либо мыслит, либо не мыслит. Так что перекрыть поток, если пошла идея невозможно... возможно конечно, если тебе жестко запретят думать (рисовать/сочинять). Но тогда ты получишь невроз. Ибо, как говорит Карл Густав Юнг, если бог/природа дали тебе дар, то она с тебя и спросит: «как ты распорядился моим даром?». Если не будешь его использовать, природа отомстит болезнями, неврозами, зависимостями, аутоагрессией и прочими неприятными язвами на теле души.
Итак:

1. Первая линия размышлений ведет к современному капиталистическому миру, где главным является успех, деньги и слава. Это наша религия и главная молитва! В этом смысле и рисовать можно, но только чтобы сразу слава! И деньги! А иначе, иди грядку копай!
2. Да, про грядку. «Деловые» люди любят говорить что-то вроде «делу время, а потехе час»! (если вообще знают русские поговорки и пословицы. многие и вовсе рады бы отказаться о всего русского, ибо Россия бедна, не популярна, и даже русского встречать за границей не хочется... да даже самому хотелось бы прикинуться каким-нибудь шведом, на крайний случай литовцем). Итак, смысл этой поговорки трактуют: отдохни самую малость, а потом за работу принимайся. Однако ж, проследим за историей рождения поговорки.

Во времена царя Алексея Михайловича Романова (17 век), вписавшего эти слова в сборник правил соколиной охоты, слово «час» не было точной мерой, царь использовал его как синоним «времени» и писал о том и другом с соединительным союзом «и». Да-да, до XIX века не говорили «делу время, а потехе час»!

В конце предисловия к «Уряднику» царь сделал собственноручно приписку: «...не забывайте: делу время и потехе час». Эта приписка стала пословицей, которая иногда толкуется в смысле: делу — время, а потехе — только час из того времени.
Царь же имел в виду совсем другое: он просто хотел сказать, что нужно и делом заниматься, и потехе уделять внимание. А чтобы избежать тавтологии, Алексей Михайлович для слова «время» нашел синоним — слово «час», которое в старорусском языке тоже означало время (как сейчас в современном польском). Что означает: нужно уделять время и тому и другому.
3. А более всего вспоминается мне роман Германа Гессе «Нарцисс и Гольдмунд». Гольдмунд здесь иллюстрирует сферу материнского, стремление к чувственному и природному. Нарцисс символизирует мужское, духовное начало, аналитический принцип существования. Причем, у Гессе, судя по содержанию романа, два начала — чувственное и аналитическое, не взаимоисключают друг друга, а дополняют.

Биографию земного пути Гольдмунда Гессе рисует как «биографию души» художника (сравните с биографиями Леонардо да Винчи, Винсента Ван Гога, Поль Гогена, Анре Матисса, Анри Тулуз Латрека…). Пользуясь терминологией Гофмана, Гольдмунда можно определить как «странствующего энтузиаста». Его путь — это «романтическая робинзонада».

Герман Гессе в статье «Юный гений» (1950 г.) размышляя о пути творца, писал, что творчество мыслителя и художника предполагает акт самопричащения и самоотречения и, узаконивания гения перед миром, требует от него определенной самоотдачи, борьбы и нелегких жертв… за это даруется гению прикосновенность к царству духа, единокровность с тысячами предшественников и творческих современников, восприимчивость к нерушимым и вечно живым — через времена и культуры — к мудрости и красоте. В «Нарциссе и Гольдмунде» показываются две основные формы творческого человека: мыслитель и мечтатель; аскет (Нарцисс) и наслаждающийся всеми аспектами жизни (Гольдмунд); тот, кто делает все ясным (Нарцисс) и тот, кто ребячлив (Гольдмунд). Нарцисс — это «мир отца», мир ума, рассудка, анализа, логики, организации и контроля. Гольдмунд — это «мир матери», природы, чувств.

«Мы, люди духа, — говорит Нарцисс Гольдмунду, — хотя часто как будто и руководим и управляем вами, не живем в полноте, мы живем сухо… Ваша родина — земля, наша — идея. Ваша опасность — потонуть в чувственном мире, наша — задохнуться в безвоздушном пространстве. Ты — художник, я — мыслитель…». Нарцисс пользуется информацией и знаниями о других. Он похож на опытного психоаналитика, который, чувствуя скрытые процессы в других, может перевести свое чувство на язык терминов, чтобы пациенты знали, что они делают и почему. Нарцисс возвышается в духовном плане через самопожертвование.

Служение Гольдмунду помогает Нарциссу осознать свой собственный путь. Гольдмунд должен, по мнению Нарцисса, выйти в море жизни и найти свою природу так же полно, как сам он сделал это в монастыре.

Путь Гольдмунда Гессе показывает не только с помощью приключений и чувственного опыта, но и с помощью иносказательного и таинственного мира сна и символов. Этим показывая близкий контакт Гольдмунда с царством бессознательного. В начале романа Гольдмунд — живой чувственный мальчик, чье существо полностью отрицает путь аскета. Он ищет любви, радости, взрыва чувств, слияния с миром женского. Гольдмунд сбегает из монастыря с целью поиска своего истинного Я (этот вывод он сделает лишь в конце своего жизненного пути). В течение десяти глав (и десяти лет) поиск Гольдмунда своей истинной природы ведет его через множество приключений: сексуальные удовольствия, любовь, убийства, эпидемию чумы и смерти возлюбленной. Через бурные приключения художника Гольдмунд находит бессмертное Я, и воплощает свое бессмертие в искусстве. Он становится великим скульптором, возвратясь в тот же монастырь, с которого начал свои поиски, и это путь художника.

Не случайной оказывается и встреча Гольдмунда с мастером Никлаусом. Судьба скульптора Никлауса представляла бы возможную линию художники для Гольдмунда. Но Гольдмунда жмет жизненная узость Никлауса и он покидает его. И Никлаус не стал великим, поскольку человеческая жизнь — это постоянный путь к совершенству, предполагающий перерастание самого себя, он полон борьбы и страданий.

Последние четыре главы (три года жизни) изображают завершение пути героя Гольдмунда и обретение им гармонии в создании произведений искусства. Нарцисс в конце романа — духовный наставник монастыря, влиятельная политическая фигура. Философские диалоги друзей — итоги романа. И каждый имея свою позицию идет навстречу другому, расширяя свой мир. После разговоров с Нарциссом Гольдмунд ясно осознает что его искусство — это проникновение в глубины человеческой жизни, ее суть и проблемы. И здесь художник и мыслитель объединяются.
Замечу еще раз: Аполлоническое начало (интеллект, разум, логика, порядок) в романе не подавляет Диониссийское (страстное, взрывное, чувственное, природное), как это делает порой наша культура и родители. Гессе рисует в романе архетип художника и иллюстрирует важность осознавания собственного предназначения, понять смысл собственной жизни.

Тем ужаснее слышать истории детей, чьи наклонности и желания отличаются и родительских, и им приходится изменять себе, чтобы не приносить страдания родителям.
фото: Владимир Захаров и его куклы
Обращались ко мне? Оставьте свой отзыв! Или задайте свой вопрос
Опишите вашу проблему или задайте вопрос
Made on
Tilda